31 авг. 2015 г.

Герострат


Что ни день жёг себя
Потому и прослыл Геростратом,
Скальпель злобно скрипя
Всё скользил. Матерился анатом.
Наблюдала душа,
За работой того, что в халате.
Тот от злобы дрожа,
Задыхался в отборнейшем мате.
И кроить ни к чему –
Прогорело до угольев чёрных,
Не под солнцем в Крыму,
От мечтаний и чувств иллюзорных.
Так, не режа, кроша…
Через час всё врачу надоело,
Учащенно дыша,
Бросил он это гиблое дело.
Всё к такому и шло,
В правду видел, а может быть мнилось…
Цветом крови тепло,
Всё из угольных трещин сочилось.

Я так устал


Сентябрь скоро, следом и покос,
Пока ещё налиты влагой травы.
Как грустно, что отца я перерос,
Не сам, а постарались в том минздравы.

Три раза всё промахивалась смерть,
В четвёртый раз, надеюсь, не промажет.
Боюсь, боюсь к отцу я не успеть,
Боюсь, забудет он и не расскажет.

Всё то, о чём хотел его спросить,
О том, что одному ему известно.
Зачем так долго стоило мне жить,
Коль с полувека было всё мне пресно.

Скорее просто жил я за двоих,
А он пораньше к Богу попросился.
И потому безвременно затих,
Что было у него, тем поделился.

А мне делиться не с кем, не срослось.
Свой век, по сути, прожил я впустую.
Он смотрит сверху думая, небось,
Что вместо точки ставлю запятую.

Нет, ставлю точки, каждую я ночь,
Но вот выходит просто многоточье.
За мною никого, ни сын, ни дочь,
Вся жизнь одно лишь карканье сорочье.

Я так устал, и мне, хоть в гроб ложись,
И вижу я, лишь чуть глаза прикрою.
Мою давно повыцветшую жизнь,
И ту, за ней пришедшую с косою.

Мальчик


И снова нежданный скандальчик,
А сколько же было таких.
Я стар, только глупый, как мальчик,
Что верил в безгрешность других.
Трясут меня словно бы грушу,
Казалось – свой мир обезлюдь.
Но вновь расстояния рушу,
Чтоб ближе быть к людям хоть чуть.

Была


Слышу, боженька что-то бормочет,
А прислушался – вот же дела:
Если женщина замуж не хочет,
Значит, там она точно была.

Дети Донбасса


Увы и ах, среди моих сослуживцев и друзей, оказались личности, воюющие против ДНР и ЛНР в рядов Вооруженных Сил Украины (ВСУ). Бог им судья. Желаю им поскорее прозреть или сгореть в аду.

Они стреляют и в который раз,
Нет не по нам, а как всегда по детям.
Вот тем и отличается Донбасс,
От воин, что в истории мы встретим.
Таких шакалов не было в миру,
Надеюсь, дальше никогда не будет.
За это, если нужно, я умру.
А там, как говорится, Бог рассудит.
Не примет их ни небо, ни земля,
Я говорю естественно об этих.
И пухом будут плакать тополя.
Нет не о них, об убиенных детях.

С чего


На вопрос – Чего печалю?
И призывы – улыбнись!
Я всё время отвечаю,
Что причина – эта жизнь.

Саратов-Колыма


Просыпаюсь средь ночи, и долго ещё я –
Одного, одного, одного не пойму,
Толи правда, толь кажется мне с перепоя,
То Саратов иль вижу я всё ж Колыму.
Не пойму, где проснулся – в квартире, бараке?
Под конвоем ли мне, добровольно идти?
То начальники лают, а может собаки?
Нет ли, есть ли мне доступ до телесети?
А к шести – и не знаю, свободен ли, волен?
На поверку идти и кричать – Я. В строю.
Прикрываю я крестик – любимой намолен,
Не в Саратове я. В Колыме я стою
Сохранить бы его – тот намоленый крестик,
Он даст сил, мне и здесь, оставаться собой.
И играет, играет, оркестр кудесник –
«И за Родину мы до доски гробовой!».

Третий Рим


За тёмными годами будет свет,
Темнота не вечное явление.
Его увидим, может быть, и нет,
Будет и другое поколение.

Да не пророк я, а всего пиит,
Но всё же и мне доступно знание.
Россия смотрит, смотрит и молчит
И ждёт она от мира покаяние.

Как ни хотелось, а придется им,
Сменить прогнившие авторитеты.
Поднимется над миром третий Рим,
То знают и пророки и поэты.

Инне Китасовой


«Учителю. Геннадию Жукову». Инна Китасова. Эквадор.

Меня учил ты бить под дых и в пах -
Прямым ударом, без замаха, точно.
Не быть меня учил в моих стихах,
Учил не жить, как все поэты, ночью.


День не для жизни, для поэтов ночь
Дана, чтобы дышать им полной грудью,
Свое, отдав дневному словоблудью,
Они уходят, где всегда точь-в-точь.
Всё совпадает – мысли и слова
Его литературного героя.
Живут поэты вне времен и строя,
Им ночь даёт на то свои права.
И тонут мысли их в дороговизне,
Они же видят до самых основ,
Пока плывёте в океане снов,
Они плывут по океану жизни.

Невнятный ответ


Дорогая помоги,
Вся душа промокла.
Беспрестанно бьют дожди,
Посмотри на окна.
За стеклом, что всё в слезах
Ничего не видно.
Без тебя, как на бобах
Этим и обидно.
Ты б призналась – не люблю,
Скатертью дорога.
О тебе я говорю
Потихоньку с Богом.
Бормочу я, он молчит.
И в слёзах всё окна.
Даже спирт, тот, что горит,
Входит в горло клёкло.
Встанет горлом поперёк,
Просится обратно.
Отвечает, что-то Бог,
Кратко и невнятно.

Зачем


Уйду походкой торопливой,
Пусть буду, многими корим.
Не смог я сделать Вас счастливой,
Зачем же в том мешать другим.

30 авг. 2015 г.

Поедем

Проблемами, как молью я изъеден.
Смерть позовёт – готов уже поедем.

28 авг. 2015 г.

Ещё не осень, но…


Ещё не осень, но..  так на душе тоскливо,
Как будто за окном сопливенький октябрь.
Подруги и друзья теперь проходят мимо,
Зачем влезать на борт, на тонущий корабль.

И я тону один и от того вот осень.
Мне вне календаря раскрашивает жизнь,
Винтовку бы купить, надёжную от Мосин,
И пригрозить себе – мол, ты смотри, держись.

27 авг. 2015 г.

И умирает старый город


на картинке снос бульдозерами Армянского кладбища на Монтино (Баку).

И умирает старый город.
Растут высотки, как грибы.
И новостройками он вспорот,
Хрустят под сваями гробы,
Кладбищ – с потерянных окраин,
Их словно кто-то проглотил.
И как не подавился Каин
Ровняя холмики могил.
Домов здесь встанет вереница,
Что будут снесены затем.
Не удается всем родиться,
А умереть дано же всем.

Как мы бы ни были бы стойки –
Бессмертны мёртвые в бою.
Раскрошит свая новостройки,
Могилу так же и мою.

26 авг. 2015 г.

Блиц


Так манит бездна эстакад,
А мне не страшно.
Я оступиться даже рад
И бесшабашно,
Лететь бескрыло, камнем вниз
И на бетонку.
Не повторить, увы, на бис,
Такую гонку.
Не стать и конкурентом птиц
Или бозона….
Сменить смерть долгую на блиц,
Порой резонно.

23 авг. 2015 г.

По В.С.Высоцкому


Даже если ты тысячу раз прав, какой в этом толк, если женщина твоя плачет? В. Высоцкий.

Нам, правда, как свобода волку,
Но это лишь тщеславья для.
Пусть сотню раз ты прав, что толку,
Коль плачет женщина твоя.

21 авг. 2015 г.

Временное явление


Я для чего живу? Не понимаю.
Не поняв, так видимо умру.
И к Господу вопрос я обращаю,
От людей наслушавшись муру.

Он же, мои выслушав сомнения,
Помолчав, ответил на вопрос:
Временное – жизнь твоя – явление,
Не воспринимай её всерьёз.

17 авг. 2015 г.

Славянин


«Русскому человеку нужны были, должно быть, особенно крепкие ребра и особенно толстая кожа, чтобы не быть раздавленным тяжестью того небывалого груза, который история бросила на его плечи» (Е.И Замятин). 
В стихе приведено моё понимание этого выражения так: «Быть должен крепким, как кулак». Читатели сами рассудят, правильно ли я его понял.
Сборище скотов и скотин, смотреть здесь (кликните по названию), кто читает в блоге, выделено коричневым: «Правый Сектор» установил мемориальную доскуподозреваемым в убийстве Олеся Бузина.

Был ни украинцем, ни русским,
А тем и тем был – славянин.
Шагал он тропочкою узкой,
Между скотами и скотин.
И говорил: «Мы все едины»,
«Мы ветки древа одного».
Не понимали то скотины,
У них же со скотом родство.
Он им остался непонятен,
Для них, кто непонятен – враг.
С такими, как сказал Замятин,
Быть должен крепким, как кулак.
А он открыт был – беззащитен.
Того возможно не читал.
Конец его так незавиден.
Скоты смотри, играю бал.
Они стреляли – и не мимо.
И поднималась пыли взвесь.
Мне жалко, жалко славянина,
Прости, прости ты нас Олесь.

15 авг. 2015 г.

Дворник


Вот осеннюю листву сметает дворник,
И в утренний сон прорывается – шик,
Ну ладно случилось бы это во вторник,
С утра воскресенье – он точно таджик.

Таким же, как он только пятница свята –
День предвыходной у него же четверг.
Закончил метлою, и следом лопата
И сон окончательно в мозге померк.

Но как мне хотелось поспать в воскресенье,
И утро тянуть, как прохладный коктейль.
Однако достало меня невезенье
С ворчанием я покидаю постель.

Что мусор не могут убрать христиане?
Ведь русский же дворник выходит в обед.
С утра же он истину ищет в стакане,
Пока не поймёт то, что истины нет.

12 авг. 2015 г.

Неясный ответ


Я медленно сгораю, как свеча
И ничего поделать не могу.
Порой я Вам грублю – то сгоряча.
Мне греться нужно как-то же в снегу
И в холоде, что веет так от Вас.
Пусть даже говорите Вы – люблю.
Но слышу я сегодня и сейчас –
Всего лишь недосказанное лю….
Слабо Вам до конца договорить.
А я смогу, люблю, скажу спокойно.
Вы сможете всё это повторить?
Ответ звучит невнятно, упокойно.

6 авг. 2015 г.

Почерк


Нам всегда задача, кажется проста,
Начинать по новой жизни очерк.
Начинаем жить мы с чистого листа,
Но не в силах изменить свой почерк.
Ловко переписан, кажется, сюжет,
Частности ещё подправишь малость.
Только в результате и отличий нет,
Жизнь, какой была, такой осталась.

Не надо

Вся истина чувства вскрывается в стоне,
Мне видеть страданья твои довелось.
И слёзы твои собирал я в ладони,
Они прожигали ладони насквозь.

С беспечностью думалось мне Водолею,
Что те неприятности все затушу.
Кувшины пусты, позабыл что старею,
И всё что могу я – на раны дышу.

Надеясь, облегчат страданья прохлада,
Пусть даже на чуть приуменьшится боль.
Но слышу, как шепчешь -  не надо, не надо,
Но если не надо терпеть же изволь.

Эксцентрик


Беспорядок в душе, беспорядок в квартире,
Слава богу, хоть в этом гармония есть.
А во всем остальном дважды два не четыре,
И казалось, тут в петлю с отчаянья лезь.
Только ей хорошо, для неё всё привычно.
Ежедневно она оптимизма полна.
Говорят про таких: Скажем так, эксцентрична –
Непохожа, что значит такая одна.

Быть, а не казаться


От шпаны любимую храня.
Даже полумёртвым не сдаваться,
Пусть тогда добили бы меня,
Это вечно юным оставаться.

Только не случилось, не пришлось,
Не было любимой; ситуаций.
Пролетел до старости насквозь,
Быть не получилось, лишь казаться.

И не скажешь то, что не любил
И за даму не стоял горою.
Битым был, да и в ответку бил,
Но не получилось вот героя.
***
Тут не скажешь даже: Повезло.
Ведь взрослеть, по сути же стареть,
Набирая лет своих число,
Не найдя всё повод умереть.

5 авг. 2015 г.

Гороскоп


Серый тигр по гороскопу,
В том благодарен я судьбе.
Кошки пусть и лижут жопу,
Но исключительно себе.

4 авг. 2015 г.

День


Чувствую, что день прошёл – по мне,
Многотонным медленным катком.
Раскатал, хоть вешай на стене;
Рви напополам одним рывком.

Адъютант


Мой путь болотно-зыбок.
В серпантине дорог.
Столько сделал ошибок,
Что другой бы не смог.
Обладаю талантом
Быть себе палачом.
Вижу чёрт адъютантом,
У меня за плечом.

Лифчик


Что-то сердце давит, может лифчик?
И его, пожалуй, я сниму.
Я ещё не знаю, кто счастливчик,
Что к груди я с нежностью прижму.
Унесёмся в дальнее далёко,
Мы, друг друга временно любя,
Он уйдёт, мне станет одиноко,
Вновь надену лифчик на себя.

3 авг. 2015 г.

Капельница


Казалось, был здоров – и нате,
Всё стало кафельным вокруг.
Лежишь привязанным в кровати
И утка твой желанный друг.
Снуют, как ангелы медсёстры,
Следят – чтоб не пытался встать.
Мечтаешь ты – будь иглы остры
И не кололи, раз по пять.
Сдадут тебя к исходу смены
Пусть выглядишь – хоть в гроб ложись,
По трубке – продолженью вены,
В тебя закачивают жизнь.

Кровавая Мэри


Кровавая Мэри» (Bloody Mary) — коктейль, совмещающий в себе водку, томатный сок, лимонный сок, специи. Кровавая Мэри входит в число официальных коктейлей Международной ассоциации барменов (IBA). Честно говоря никогда не пробовал, поскольку питейные заведения не посещаю.

Мы слились и смешались и стали одно,
Словно водка с томатом в коктейле.
Жить единым с тобой нам теперь суждено,
Как бы этого мы не хотели.

Дней тяжёлых идёт чередой череда,
Где сплошные дожди и метели.
Чтобы ни было там, нас согреет всегда,
Чувств коктейль, как Кровавая Мэри.