Стройные ряды

Рванули вдруг айтишники, актрисы,

Певцы, а вслед поэт, что был хвалим.

Все те, что вдруг свалили, словно крысы,

Бегите, вам давно пора к своим.

 

В Америке кто, в Грузии кто, в Польше,

И этим до безумия горды.

Как ни считай, осталось всё же больше,

Да и плотнее стройные ряды. 

И не спасли его

Он ей, как корью, заболел,

И видел жизнь лишь рядом с нею,

Не понимал: «Я ей болею».

Из рук валилась груда дел.

 

В душе живого нет следа́,

И в голове сплошная каша.

Любви довольно горька чаша,

Та безответная когда.

 

И с каждым днём всё крепче нить —

О ней он думал ежечасно,

Не понимая, как опасно,

Порой бывает полюбить.

 

Ей всё равно, тут хоть кричи.

Его родных постигло горе —

Любовь всегда страшнее кори…

И не спасли его врачи.

Мгновение до смерти

И даже умереть везёт кому-то,

Без боли и без судорог — за миг.

И не проходит даже и минута,

Душа шагает к небу напрямик.

 

Закончишь разговор на полуслове,

И пуля внутрь войдёт, скелет дробя.

Пока ещё в тебе движенье крови,

Что в землю истекает из тебя.

 

Не вспомнится тебе ни птичий гомон,

Ни даже голос матери твоей.

Мгновенье — будешь смертью окольцован,

Как кольцевал когда-то голубей.

 

От страха даже ты не поседеешь,

Весь расстрелять не сможешь арсенал.

И ни о ком подумать не успеешь,

Что смерть через мгновение — кто знал.

 

Пока живём не думаем про это,

А я давно прокладываю путь.

Мечтаю было чтоб, как у поэта:

«Не умереть, а просто так уснуть».

Ненапрасные игры

То время беззаботное,

Война и та всего игра.

Как минимум все ротные,

И генералов полдвора.

Но маму в час обеденный,

Не мог ослушаться любой.

Когда обеды съедены,

То продолжался снова бой.

Лентяи безобразники,

Для крови сок смородины.

И даже третьеклассники

Шли в бой за ради Родины.

И были там Рейхстагами,

Дома со стройплощадками.

Бежали к ним зигзагами,

И брали их десятками.

Но это был всего пролог,

Как в школе учат гласные…

И кто тогда подумать мог,

Что игры ненапрасные.

Дождь

А дождь упорно бьёт в окошко,

Как будто зван, а значит ждут.

Так разобьёт, ещё немножко,

Сейчас он там, а станет тут.

Он как любимый, что в опале,

Ещё желанным был в обед.

Так сколько раз нас не пускали,

И выключали даже свет.

А мы об этом и не знали,

И тот же дождь мочил нас с крыш.

Так у окна мы и стояли,

Но колыхались шторы лишь.

Весенние птицы

Похолодало, птицы в стаи,

Им до тепла лететь, лететь.

И реки, словно кони, встали,

Что не идут — пусть свищет плеть.

Весна вовсю, а я про осень,

Скорее возраст виноват.

Мне холод, как и всем, несносен,

Но просто ближе листопад.

Её я лучше понимаю,

Как кошка писк своих котят...

Но буду радоваться в мае,

Как птицы снова прилетят.

Лучик

А мама всё снится и снится,

Порою всю ночь до утра.

И стёрлись как будто границы,

Сегодня, с тем дальним вчера.

 

Нахлынуло чувств половодье,

В которых нет берега, дна.

И кажется завтрак сегодня,

Сготовила будто она.

 

Здесь в мире хлопот и текучек,

Жить было всё ж радостно с ней…

С небес пробивается лучик,

Чтоб в комнате стало светлей.

Вторая мышка

Может быть много споров и мнений,

Если же дружишь ты с головой,

То понимаешь, без исключений —

Сыр достаётся мышке второй.

По-другому никак

Не так оно, оно не так, конечно,

Бывает всё на жизненном пути.

Мы все уже обычно небезгрешны

Примерно лет быть может с десяти.

 

Непросто так, что в хаки там ребятам,

Тем, что не месяц, годы уже там.

Чтобы в душе остаться не помятым,

В местах таких, где даже броник в хлам.

 

Где порвано, там будет и зашито,

Им всё зачтёт затем Господний суд:

Что для страны служили, как защита,

И наши жизни что они спасут.

 

За то им Богом многое простится,

Чем оправдаться будет у ребят.

Что живы мы, на месте и столица,

А им как чудо жить до пятьдесят.

 

В боях понятно, кровь рекой там льётся,

Грехов с десяток в каждой из атак.

Господь, конечно, в этом разберётся,

И скажет: по-другому там… никак.

А дождь идёт

А дождь идёт, собой рождая лужи,

Чтоб каждый, кто пройдёт по ним промок.

Но нам с тобой от этого не хуже,

Поскольку под собой не чуем ног.

 

Мы влюблены, конечно же, друг в друга,

Иначе что нам делать под дождём.

Боятся все промокнуть и недуга,

Они бегут, а мы с тобой идём.

 

Ступеньки вниз, как мини-Ниагары,

Но много уступают в чистоте.

И точно реки стали тротуары,

Стоят дома, как храмы на воде.

 

Кому-то этот дождь создал проблему,

Но мы совсем проблем не видим в том…

Нам дождик что, скорее даже в тему,

Что целоваться можно под зонтом.