Они

Присмотришься — вроде славянские лица,

И блюда, привычки, совсем как у нас.

Была и формальной меж нами граница,

Что линией боя вдруг стала сейчас.

 

Служил я с такими на Дальнем Востоке,

И пил из бокалов, стаканов, пиал.

И чтоб они были особо жестоки,

Признаться, такого я не замечал.

 

В пятнадцатом, где-то примерно в начале,

Где топчется только весна у дверей,

Меня, что в Донбассе, друзья уверяли,

Что хуже не видели в мире зверей.

 

Похожи в одетом, такие же в голом,

От самой макушки до низа ступни,

Но бьют по автобусам, садикам, школам,

А может и правда… не люди они.