Мы прорвались

Мы прорвались, зашли к ним с тыла,

И разобрались без потерь.

Когда немного кровь остыла,

Подумать время нам теперь.

 

Все направленья перекрыли,

Не пропустить, чтоб контрнаступ.

А тут вокруг, глаза нам мыля,

На каждые пять метров труп.

 

От НАТО в шмотки все одеты,

Смотрю, и думать не хочу.

Что в сорок первом наши деды,

Стояли здесь плечом к плечу.

 

Переодень на нас похожи,

Никак привыкнуть не могу.

Учили мы одно и тоже,

Включая Курскую дугу.

 

Судьбы крутые повороты,

Пораскидало СССР.

Мозги бы им, и наши роты,

Совместно били бы бандер.

Сожги

Из стихов я твоих исчезаю,

Всё бледнее мой образ бледней.

С каждым днём меньше резкость по краю,

И черты мои хуже видней.

Скоро видно останутся только,

Кофта, юбка, от солнца очки.

А меня в них не будет нисколько.

Те стихи, что мне были, сожги.

Вдруг другой ты прочтёшь ненароком,

Та подумает: стих про неё.

Но к нему ни в анфас и ни боком,

Не поймёт, что всё это враньё.

И она тебе точно поверит,

Как когда-то поверила я.

И поэты в порой лицемерят,

Но любовь не выносит вранья.

Шансы

Погибнуть здесь есть шансов тыщи,

Когда осколки, пули градом.

Пусть смерти там никто не ищет,

Но не бегут, коль будет рядом.

И шансов больше биться стойко,

Причём всё время, не порою.

В ней гибнут трусы, но не только,

А очень часто и герои.

Незнакомы

Незнакомы, не должен ты мне,

Да и я ничего не должна.

Не погибни, прошу, на войне,

Пусть дождутся и мать, и жена.

Незнакомы, но не всё равно,

В том числе, ты стоишь за меня.

Быть иначе совсем не должно,

Пусть с тобою отнюдь не родня.

Из одной мы великой страны,

И того нам в достатке вполне.

Пусть друг другу ничто не должны…

Не погибни, прошу, на войне.

Снежная королева

Лето пролетело, и озимых севы,

Что затем случится, знаем наперёд.

Наступает время Снежной королевы,

Тут прогноз погоды точно не соврёт.

Уберёт все краски, всё покроет белым,

Будет вслед морозом праздновать успех.

Это как всем прочим в мире королевам,

До других нет дела, наплевать на всех.

Не вернуть

Вдруг ушла, следом хлопнула дверь,

Почему не поймёшь вообще-то.

На вопрос, что же делать теперь,

У тебя не найдётся ответа.

 

Раз ушла, тут реви, не реви,

Привыкай без неё понемногу.

Хода нет «всё вернуть» у любви,

И скорее оно, слава богу.

 

Как вернуть, ты не слушай рассказ,

Ведь любовь ни коза, ни кобыла.

Пусть пытались, она каждый раз,

Всё равно, всё равно уходила.

Поздно нам

Время было выбора тогда,

Средь блондинов, жгуче-чёрных, русых.

Мысль моя играла в города,

Их перебирая словно бусы.

 

Шли неспешно у любви дела,

Редко сердце билось лихорадочно.

Видно, слишком, многого ждала,

Ты считал, что этого достаточно.

 

Потому и выбор мимо пал,

Бусинку хотелось поблестящей.

И сменила на стекло опал,

Пусть блистало хуже, всё же чаще.

 

Всё давя, неслись катком года,

Не тому тепло напрасно роздано.

Жаль, что не сложилось вот тогда,

Начинать сначала просто поздно нам.

Потом

А что стараться, юны пока.

Когда по двадцать, и жизнь легка.

Оно догонит ещё потом.

Когда построить придётся дом.

Сажать деревья, растить детей.

Где повседневья без новостей.

В подушку плача не от стиха.

Событий сдача, опять плоха.

Быт каруселью, и ночь пластом.

Пока веселье… а то потом.

Пустое поле

Пустое поле, ёжиком стерня,

Смерть голодна, и ищет, что на ужин.

Стерня не помогает скрыть меня,

А значит, буду скоро обнаружен.

Мне пятьдесят до лесополосы,

И это мало так, и это много.

Те пятьдесят ползти почти часы,

Последний шанс, последняя дорога.

Там, где-то в небе вороны кружат,

Но это лучше птиц, что из железа.

Жаль, урожай на этом поле сжат,

И виден я гораздо выше среза.

Такое страшно пожелать врагу,

Такое, может, в жизни раз бывает.

И я ползу, считая: «Я смогу».

Но враг совсем другого мне желает.

Ну что там смерть, попробуй-ка — возьми,

Мне у врагов стоять ещё на тризне.

Я выжил, и затем напишут СМИ.

О том, как долго, полз тогда до жизни.

Не всем

Очередного провожаем,

К Нему бойца.

В надежде, тот закончит раем,

В садах Отца.

 

Скорее Он, в печали или,

От горя злой.

Глядит на крест, что на могиле,

И помнит свой.

 

А кто идёт, но просто мимо,

У них дела.

И вроде боль неразделима,

Их не взяла.

 

Наш влажен взгляд, а чей-то суше,

Кто в крик, кто нем.

Но почему достались души

Средь нас не всем.